Джейк Миддлтон: последний выбор драфта перед Макдэвидом, но какой ценой?
Джейк Миддлтон пришёл в «Калгари Флэймз» вместе с усами, мотоциклом и биографией, которую голливудский сценарист назвал бы слишком нарочито рабочей. Защитник, полученный в обмене на Блейка Коулмэна, должен привнести в перестраивающуюся команду жёсткость, дисциплину и лидерство человека, привыкшего зарабатывать каждую ступень собственной карьерной лестницы руками.
Ему 30 лет, его рост – 191 см, вес – 99 кг. В НХЛ он добрался через последний выбор драфта, низшие лиги, кирпичную кладку, ресторанную кухню и годы ожидания. Пока другие рассуждают о правильном моменте для большого прорыва, Миддлтон просто таскал кирпичи, чинил заборы и косил сто акров травы на небольшой ферме. Удивительно старомодный способ построить хоккейную карьеру. Зато конструкция получилась крепкой.
Последний выбор с поправкой на историю
На драфте 2014 года «Лос-Анджелес Кингз» выбрали Миддлтона под общим номером 210. Сам защитник на церемонию в Филадельфию не поехал: он не был уверен, что его фамилия вообще прозвучит. Вместо этого отправился на матч «Торонто Блю Джейс» и следил за драфтом со стороны.
Перед Миддлтоном выбрали 209 хоккеистов. Для молодого игрока, который и так сомневался в собственной перспективе, момент получился болезненным. Контрактного предложения от «Кингз» он в итоге не получил.
Спустя годы Миддлтон научился превращать неловкую статистику в шутку. Когда его спросили о последнем месте на драфте, он улыбнулся: «Последний выбор перед Макдэвидом». Коннор Макдэвид ушёл первым на следующем драфте, в 2015 году. Маленькая деталь, которая превращает сухую цифру 210 в почти анекдотическую строку хоккейной истории.
«Зачем вы об этом вспомнили?» – добавил Миддлтон. Самоирония здесь работает лучше любой мотивационной речи. Он не прячет неприятное воспоминание под ковёр, а носит его с собой как странный, колючий сувенир.
«Как это повлияло на мою карьеру? Это действительно был неловкий момент, правда? Ты думаешь, что окажешься выше последнего места. Я не поехал на драфт, потому что не был уверен в себе. Я был рад получить шанс, но да, за этим стояло чувство неловкости, немного настроя вроде “идите к чёрту” – и дальше пришлось много работать. Но мы здесь».
Карьера, собранная вручную
До хоккейной известности Миддлтон успел поработать посудомойщиком в школьные годы. Летом он клал кирпичи, ремонтировал ограды и ухаживал за сотней акров травы на ферме. Для большинства молодых людей это звучит как наказание за особенно неудачный табель. Для Миддлтона такая жизнь стала привычной школой ответственности.
Он родился в Уэйнрайте, небольшом городе в Альберте, примерно в 4 часах езды к северо-западу от Калгари. Его родители много лет развивали ресторан и паб «Ханипот», построенные отцом и дедом Джейка. Когда мальчику исполнилось 8 лет, семья переехала в Стратфорд, провинция Онтарио.
Отец Джейка, Стив, следующие 2 десятилетия работал уборщиком и наладчиком на заводе «Тойоты». Мать Дарлин совмещала смены в ресторане с работой в городской газете. В этой семье никто не выдавал медали за само присутствие на рабочем месте.
«Так у нас было принято в семье, – рассказывал Миддлтон. – Мы с братом и сестрой всегда работали. Всегда добивались того, что получали».
После драфта путь защитника пролёг через «Манчестер Монаркс» из ECHL (третья по уровню профессиональная лига Северной Америки), затем через несколько лет развития в «Сан-Хосе Барракуда» из AHL (фарм-лига НХЛ). Там не раздавали свитера НХЛ за красивую биографию и хорошие намерения. Миддлтон провёл 11 лет профессиональной карьеры, постепенно превратившись из маловероятного кандидата в надёжного силового защитника.
В Сан-Хосе он стал крепким игроком обороны. В Миннесоте закрепился ещё серьёзнее. Такой путь редко выглядит эффектно на экране: много поездок, ожидания, вызовов в состав и ролей, где благодарность обычно выражается отсутствием претензий тренера. Зато именно там формируется хоккеист, которого можно выпустить в сложную смену без молитвы и валерьянки.
В Калгари приехал налегке
В Калгари Миддлтон прибыл вместе с 70-летним отцом Стивом, которого сам описывает как человека «до чёртиков старой школы». Они преодолели на мотоцикле 1 600 км за 2 дня, добираясь из Миннеаполиса через Свифт-Каррент.
На багажнике не было хоккейной сумки. Вообще вещей оказалось настолько мало, что задержка с доставкой остального багажа превратила первые 2 недели в импровизированный конкурс на выносливость гардероба.
«Всё, что я отправил, ещё не приехало… Я уже несколько раз стирал вещи и с 1 сентября ношу одну и ту же одежду», – смеялся Миддлтон. Затем уточнил: «У меня есть хорошие вещи, но сейчас я, наверное, надеваю их уже в пятый раз».
Для человека, который начинал с ресторанной кухни и строительных работ, повторная стирка выглядит почти роскошной проблемой. Пока багаж путешествует собственной загадочной жизнью, защитник спокойно продолжает жить из одной дорожной сумки. В НХЛ полно хоккеистов, способных рассказать о дорогих часах и дизайнерской одежде. Миддлтон пока рассказывает о пятом использовании одного комплекта.
Чему учат ветераны
Лидерские качества Миддлтона формировались через наблюдение. В 22 года он получил вызов в НХЛ в роли седьмого защитника и увидел изнутри, как работают Джо Торнтон, Джо Павелски и Патрик Марло. Он следил и за тем, как держится Брент Бёрнс.
«В 22 года, когда меня вызвали в качестве седьмого защитника, я мог наблюдать за тем, как Джо Торнтон, Джо Павелски и Патрик Марло делают свою работу, – говорил Миддлтон. – Даже за тем, как держался такой парень, как Брент Бёрнс. Затем я попал в Миннесоту, где к моему приходу была очень сильная четвёрка во главе со Спёрдженом и Фолиньо».
Важнее самих громких фамилий оказался стиль поведения ветеранов. Миддлтон видел, как опытные игроки давали право голоса Мэтту Болди и Броку Фаберу, когда те только поднимались в команду.
«Я многое увидел в том, как они проявляли лидерство и давали Мэтту Болди и Броку Фаберу возможность высказаться, когда те приходили в команду, – отметил защитник. – За последние 10 лет я оказался в самых разных ситуациях и думаю, что смогу опираться на этот опыт в “Флэймз”».
До НХЛ Миддлтон был капитаном «Оттава Сиксти-Севенс». Такой опыт особенно пригодится команде, которая перестраивает состав и ищет рабочую иерархию. В раздевалке Калгари ему предстоит поддерживать партнёров, принимать глубинные роли и показывать пример действиями.
Почему его характер важен для «Флэймз»
Генеральному менеджеру Крейгу Конрою и главному тренеру Райану Хаске требуется именно такая внутренняя культура: трудолюбие без театральных деклараций, готовность терпеть неудобства и способность не выпадать из команды, когда роль сокращается до нескольких смен.
Миддлтон не обещает превратить каждую игру в рыцарский турнир. Его лидерство строится прозаичнее: заступиться за партнёра, принять тяжёлую работу, выдержать неприятную смену, не спрятаться от ответственности. В хоккее подобные вещи часто выглядят скучно ровно до того момента, пока команда не начинает без них рассыпаться.
«Я не боюсь оказаться в неудобной ситуации, и думаю, что для многих игроков это качество лидера», – сказал Миддлтон.
Теперь он обживается в Калгари вместе с женой и маленькой дочерью Стиви. Семейная история, начавшаяся в Уэйнрайте с работы его родителей, словно замкнула круг. Мотоцикл припаркован, одежда постепенно доедет, а новый защитник «Калгари Флэймз» уже привёз главное – привычку добиваться своего без скидок на обстоятельства.