Как устроен Департамент по безопасности игроков НХЛ: репортаж из штаб-квартиры лиги в Нью-Йорке
Во время игрового дня Frozen Frenzy, когда на лёд вышли все 32 команды лиги, журналисты Associated Press посетили контрольную комнату Департамента по безопасности игроков НХЛ в штаб-квартире лиги на Манхэттене. В помещении установлены пять гигантских телеэкранов и более десятка мониторов, позволяющих следить за каждым эпизодом, включая голы, силовые приёмы, удаления и травмы.
В передней части комнаты работают специалисты по сотрясениям мозга (concussion spotters). В их задачи входит оперативная связь с медицинским персоналом клубов на аренах при любых подозрениях на контакт с головой. Наблюдатели имеют доступ к камерам системы Hawk-Eye за воротами с обеих сторон площадки, панорамному виду всей арены и возможности следить крупным планом за отдельным хоккеистом. Также департамент контролирует соблюдение регламента по экипировке, включая обязательное ношение шлемов на разминке и защиты шеи для новичков.
Параллельно ведётся сбор информации для возможных дисциплинарных санкций. В случае нарушений составляется отчёт с видеозаписями, данными о наличии штрафа в игре, участниках эпизода и их дисциплинарной истории. После этого руководитель департамента Джордж Паррос принимает решения о штрафах или дисквалификациях. За вечер вторника специалисты отследили события в 16 матчах, где суммарно было зафиксировано 136 штрафов, 110 голов и пять драк.
Картинка из бункера в Манхэттене выглядит солидно: десятки экранов, умные камеры, протоколы. Но когда дело доходит до вердиктов, вся эта высокотехнологичная витрина разбивается о решения Джорджа Парроса. Департамент фиксирует всё до секунды, а потом болельщики и клубы неделями гадают, почему за одинаковые удары один получает штраф в 5000 долларов, а другой уезжает на три матча трибуны полировать.
Система с фиксацией травм и сотрясений работает отлично и бережёт здоровье игроков. А вот дисциплинарной логике не помогут никакие мониторы, пока критерии наказаний остаются лотереей. Очередная экскурсия для прессы, чтобы показать видимость идеального порядка.